Арина из магазина | Дача, семья и Сибирь
Как будто бы уже пора отстать от женщин, нет?
Приятно, конечно, что инквизиторы больше не разжигают огонь под нашими ногами, но дров подкидывают с удовольствием и избытком, предавая анафеме за все подряд.
Первыми, естественно, попадают матери. Все не так, все неуместно, не тот прикорм, не те подгузники, в сад отдала рано, в школу поздно, целовала много, обнимала мало, советов не слушала, а, если слушала, то не те.
Новоиспеченная мать мечется между орущим дитяти, пришедшими зачем-то гостями, восьмидесятым циклом стирки машинки и своим, еще как неосевшая пышечка, животом. Пустым, кстати, потому что поесть просто некогда.
Кричать на несчастную не то, чтобы стыдно, но высокомерие воспитания не позволяет, поэтому ребенок берется на руки, на него смотрят с милой улыбкой и какой-то светлой нежностью, потом взгляд переводится на мать и читается в нем все: брезгливость, как если бы тапок угодил в лепеху, презрение к убогому, даже какая-то остервенелая злость - потому что не хватило ума сделать как надо.
А надо всем по-разному.
По мере роста ребенка утолщается и броня на ореоле материнства, а нападки становятся насмешливыми, и уже от совсем непонятно откуда и зачем взявшейся толпы.
Толпа говорит, что в 2 года пора читать Бродского, в 3 играть в ускорение частиц, а в 25, это решено, быть владельцем заводов, такси и пароходов. В это время их будущий владелец наивно и с округлившимися глазами бьет коричневую тревогу в своих набухающих штанишках.
Но ему в этом романе пока нет места - еще не исчерпаны все способы ущемления посторонней мамки.
Потом школа, где плохо помогать делать уроки и плохо не помогать, надо привозить, но не надо встречать, учить самостоятельности, но не допустить беды. И снова мать балансирует на этой тонкой ниточке, где внизу крокодилы, а сбоку пистолеты. И все не так ужасно, потому что мы помним - злые языки страшнее. И они себе ни в чем не отказывают.
И что бы ни происходило, вечно ты не дотягиваешь до роли сына маминой подруги, потому что настолько ты кривая мать, что даже сыном не родилась. Сыпят, сыпят эти упреки.
Вроде сначала ты согласная, голову клонишь.
Потом говоришь: «А вы ели? Уху будете?» Здесь тонко, тонко, надо подумать над игрой слов.
И спокойно живешь, будто это не про тебя.
Потом опять приползет этот червь, точит, зудит, спрашивает: «А с ребенком ты играла сегодня? А Нинка играла. Ну и какая ты мать?»
А я тебе скажу: нормальная, нормальная ты мать. Хорошая! Прекрасная! Ничего ты не перегибаешь. Ну и поругала, ну и подула, куда там заботливые матери детям дуют, ну и что? Значит сегодня именно это и было нужно.
Что они вообще могут знать? Ты классная, ты лучшая мама своего детеныша, поняла? Все, давай обниму. Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал