Александр Бессонов
@ch_5cd5288392b85b00b3bbc184
Один из самых сильных текстов, который я читал в последнее время:
Выйдя замуж и окончив аспирантуру, я пришла преподавать отечественную и зарубежную литературу в вуз, который находился рядом с моим домом. Мне было 25 лет, и я была очень строгой. Меня возмущали студенты, привыкшие, что все в жизни дается им на раз-два. И я объявила войну халявщикам.
Я требовала хорошего знания своего предмета. Не знаете – научу. А уж если не хотите – ваши проблемы, никакого зачета не поставлю, до экзамена не допущу. Никаких поблажек – ни девушкам, ни парням, ни беременным. Вы пришли сюда учиться. На протяжении лекций часть студенток рассматривала маникюр на ногтях или писала смски. Другие записывали что-то по инерции, словно делая мне одолжение. На зачетах я особо не зверствовала, видела, что почти все списывают, зато при устном ответе всегда задавала вопрос по другому произведению, которого не было в данном билете.
– Так я ж к другому готовилась! – возмущалась халявщица.
– И что? Этот вопрос тоже из списка. Я его не сию минуту придумала.
– Можно подготовиться?
– Чтобы вы снова списали? Вы роман читали?
– Да.
– Назовите главных героев.
Молчание.
И начиналось…
Я сразу предупреждала:
– Давайте не будем время отнимать ни у меня, ни у себя. Не читали – придете в следующий раз.
Я была непреклонна.
Были и любители поторговаться:
– Анна Сергеевна, а вы тройку за то, что я написала, поставить можете? Без дополнительных вопросов?
– За то, что вы списали, – нет.
Меня не огорчало, что мне приходилось идти на пересдачи. Я чувствовала удовлетворение: я же вершила справедливость. Хватит сачковать. Не знаешь предмета – незачет. Других вариантов быть не может. Вскоре мои студенты поняли, что со мной шутки плохи, и стали действительно с горем пополам что-то читать.
Однажды я забыла в аудитории зонт, вернулась. Дверь в аудиторию была открыта, и я узнала голос студентки, упомянувшей мое имя-отчество. И вторая студентка (тоже знакомый голос!) громко воскликнула:
– Ага, сдашь ты, она такая стерва, живьем проглотит и не подавится.
Я поскорее ушла. Дома я дала волю слезам.
А потом отправилась советоваться со своим отцом. Он тридцать лет преподавал в школе, и ученики его любили.
Текст не вмещается здесь. Дочитайте у меня в ВК. Можете подписаться:
https://vk.ru/wall511169797_139576
Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал
вы можете сразу перейти в канал