Абажур
Опенспейс – нас много, помещение одно, и если ты не в наушниках, волей-неволей иногда становишься свидетелем чужих разговоров.
Однажды коллега обронила фразу: «Я могу работать только здесь или в близкой организации, потому что большего мне не дано».
Я не знаю контекста, не знаю, что было до и после, я услышала только эту фразу.
И я задумалась: А что могу я? Куда вообще могу пойти если вдруг что?
Когда мы пытаемся понять, что умеем, в голове начинается перекличка: Инженер? Бухгалтер? Руководитель? Педагог? Дизайнер?
Не подошло ни одно – ну фсё! Видимо, ничего я и не умею.
Особенно если строчка в резюме была лет пять назад. Будто навыки как продукты: три года не пользовалась – протухло, пять – на свалку, десять – в музей.
А потом заметила ещё одну штуку. Встречаешь человека, которого давно не видел:
Ты чем сейчас занимаешься?
Я бухгалтер.
Так. пАгАди.
Я спросила: «Что. Ты. Делаешь.»
Но получила ответ, кто ты.
Или ещё лучше:
Чем занимаешься?
Я сейчас на заводе.
Уже даже не «кто», а «где». Глагол потерялся по дороге.
Ответ «анализирую данные, ищу расхождения» звучал бы даже подозрительно. Хотя именно это и спросили.
Наверно, мы ищем не только деятельность, но и идентичность. И «чем мне заниматься?» незаметно превращается в «кто я?»
А иногда ещё и в:
«Где та я, которая вообще чувствует себя живой?»
Новую профессию ищут не обязательно, когда старая ужасна. Деньги платят. Коллеги нормальные. Стул удобный. Никто не бьёт.
Но ничего не интересно. Работаешь. Справляешься.
И где-то между «надо сделать» и «готово» исчезает: «Я здесь вообще-то есть».
И тогда вместе с новой профессией мы хотим "купить" новую себя. Ту, которой интересно, у которой горят глаза и есть силы после 18:00.
Кароч, живую.
И начинается примерка: психолог? Дизайнер? Фотограф? Должна же быть профессия, с которой выдают новую идентичность и пару чемоданов жизненной энергии.
«Я врач», «я бухгалтер», «я программист» – названия ролей. И когда роль исчезает, «Чем мне зарабатывать?» приносит с собой: «А кто я тогда?»
Хотя человек-то остался.
Есть «профессиональная деформация». Звучит так, будто человек испортился от работы. Но нет. Это когда человек вышел с работы, а профессиональный способ мышления пошел домой вместе с ним.
Редактор замечает опечатку в меню. Проектный менеджер организует поездку друзей как запуск ракеты в субботу в 14:00.
Профессия учит не только делать, но и мыслить: на что смотреть, какие вопросы задавать, где искать причину. Это потерять труднее, чем навыки.
Я по первому образованию инженер-технолог. Давно не работаю по специальности, но конструкция “есть исходное => есть нужный результат => надо понять, как сделать из одного другое” осталась.
Станков рядом нет, металла тоже, а способ мыслить остался.
И тут существительные становятся не такими интересными. Существительное – этикетка роли, а глаголы – суть – что я умею делать.
За «бухгалтером» могут стоять: анализировать, сверять, находить расхождения, систематизировать, замечать ошибки.
Некоторые свои глаголы мы не считаем навыками: «Я просто вижу». «Я быстро разбираюсь». «Мне несложно».
Вот это «просто» – тихий убийца ценности собственных компетенций.
А иногда мы сами запрещаем себе глаголы: не вмешивайся. Не предлагай. Не твоё дело. Не лезь в чужой монастырь.
Разумно. Но если долго не лезть в чужие монастыри, можно забыть, что вообще-то хорошо понимаешь, как они устроены.
И, возможно, за «хочу найти свою профессию» иногда прячется поиск действий, в которых чувствуешь: «Вот сейчас я – это я».
Я придумываю. Создаю. Исследую. Решаю. Учусь. Двигаюсь.
Может, прежде чем выбирать существительное, посмотреть: какие глаголы исчезли из моей жизни?
Профессия может быть частью социальной идентичности. Но личную я бы не хранила в должностной инструкции. Мало ли что. Должность сократят – и восстанавливай потом личность из резервной копии.
Поэтому сейчас я исследую вопрос:
Какие способы думать, замечать и действовать остаются со мной независимо от профессии? Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал