КОД ТВОЕЙ РЕАЛЬНОСТИ
@channel_realitycode
поминках никто не мог вспомнить, когда он в последний раз улыбался не пустоте. Вот такая вот история. Поучительная. Только почему-то никто не учится.
Но была и третья — про пастуха, что пришёл в избу один-единственный раз. Он потерял брата, долго не мог отпустить, шёл туда с тяжёлым сердцем. И встретил брата — молодого, весёлого, с удочкой через плечо. И они сидели всю ночь у огня, и брат рассказал ему всё, что не успел. А под утро пастух встал и сказал: «Ну, я пойду. Меня стадо ждёт». И брат кивнул: «Иди. И живи». И пастух вышел из избы — и заплакал, и рассмеялся, и пошёл домой. И больше туда не возвращался. Потому что понял: брат не в избе. Брат в нём. В том, как он чинит лодку, как поёт за работой, как учит сына завязывать узлы. Брат живёт в том, что меняется, а не в том, что застыло. Вот это, я вам скажу, редкий случай. Обычно люди выбирают первый вариант. Или второй. Третий — только в сказках.
Изба стоит на краю деревни и по сей день. Крыльцо всё так же скрипит, окна заколочены, и по вечерам оттуда пахнет пирогами. Люди по-прежнему боятся и по-прежнему ходят. Потому что в каждом есть кто-то, кого хочется вернуть. В каждом есть прошлое, за которое хочется держаться. И изба ждёт — терпеливо, как ждала та женщина у окна. Она ничего не отнимает. Она просто показывает тебе твоё собственное отражение — и ждёт, когда ты сам поймёшь, что отражение не греет. Оно даже не чай. Оно вообще ничего не наливает. Оно просто висит и делает вид, что ты всё ещё там. А ты не там. Ты здесь. И здесь, между прочим, тоже есть жизнь. Просто она не пахнет пирогами.
Только некоторые так и не понимают. Их хоронят в деревне каждый год — тихо, без слёз, потому что они ещё при жизни перестали быть здесь. А изба стоит. Скрипит крыльцом. Печёт пироги. И ждёт следующего, кто придёт и спросит: «А помнишь?»
И самое страшное в этой сказке, говорят старики, — не то, что изба существует. А то, что почти каждый, кто читает эту историю, знает, за кем бы он туда пошёл. Ну, кроме меня. Я бы пошла за пирогами. С капустой. Я, в конце концов, не настолько сентиментальна, чтобы тащиться к проклятой избе за призраком. Но за пирогами — да. За пирогами я, пожалуй, пойду. Если они настоящие. А они, говорят, настоящие. Вот это и есть самое страшное.
Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал
вы можете сразу перейти в канал