Уполномоченный по правам человека в Челябинской области
«Я «кривая» – это факт и недуг непоправимый. И да, я ради денег преступила законы своего государства и человеческие. За это я в тюрьме. Но ведь наказание, согласно Конституции РФ, не имеет своей целью доставление физических страданий, тем более доставляемых болезнью».
Это выдержка из адресованного мне 27-страничного письма молодой женщины, осужденной к лишению свободы сроком на 9 лет за незаконный сбыт наркотиков.
Не буду описывать состояние здоровья осужденной, скажу лишь, что слово «кривая» – это не метафора, а реальное состояние ее организма после проведения еще до осуждения серьезной операции на головном мозге. Отсутствие специфического лечения в виде ботулинотерапии привело к постоянным невыносимым болям, трудностям в передвижении и тревоге о будущем.
На наш запрос медучреждение ФСИН сообщило, что лечение оказывается в полном объеме, а дополнительных показаний к ботулинотерапии нет. Но женщина не сдавалась: она твердо настаивала на углубленной диагностике, поскольку состояние ее здоровья ухудшалось. И мы тоже не сдались.
Обращение в Территориальный орган Росздравнадзора по Челябинской области не привело к результату. В условиях существующего моратория на проверки экспертиза качества оказания медицинской помощи оказалась невозможной. Это, к слову сказать, серьезная системная проблема. И если обычные люди могут требовать проведения такой экспертизы от своей страховой компании, то люди, отбывающие наказание в местах лишения свободы, такой возможности лишены – оказание им медицинской помощи осуществляется за счет средств ФСИН, а не Фонда медицинского страхования.
На помощь нам пришла прокуратура Челябинской области, которая после нашего обращения внесла требование Территориальному органу Росздравнадзора по Челябинской области, в результате чего экспертное мероприятие стало возможным.
Осужденной организовали осмотр у врача‑невролога в гражданской больнице и провели лечение препаратом, содержащим ботулотоксин. Мы связались с женщиной – она сообщила, что чувствует себя гораздо лучше и очень благодарна за оказанную помощь.
К слову, отбывая наказание и страдая от невыносимой боли, наша героиня переосмыслила и содеянное ею. Вернусь к ее письму:
«Каждый день я вижу молодых девушек и женщин, чье физическое и психическое состояние пострадало от наркотиков. И это я виновата в их сжённых венах, красных опухших руках, гниющих ранах на ногах. Это я ответственна за их умственную и духовную деградацию. Распространение этого яда мною было исключительно корыстным, из желания заработать. Бесспорно, наличие денег делает материальные и духовные блага более доступными. Но ведь человек придаёт ценность этим благам, а я покусилась на человеческую жизнь! Разве я имела на это право? Но какой теперь смысл в запоздалых «прости», «я не думала», «не знала». Разве это вернет разрушенное наркотиками здоровье или нормальное психическое состояние? Конечно же, нет. И маятника времени у меня, к сожалению, нет. Только и могу, что выпрашивать индульгенцию для своей совести, делая им в подарок безделушки – фенечки из бисера, вязать игрушки, да варежки-носочки и в благодарность получать их беззубые улыбки, от которых провалиться бы под землю, стать невидимой, исчезнуть от стыда и вины, осознания бессилия что-то исправить». Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал