Дух поэзии (詩の気, Uta no ki)
@channel_utanoki
Конфедераты тоже крепко-накрепко дружили с Бени-Аллах, считая их воинственный строй "уникальной формой культуры" и "образцом традиционной морали", основу которой составляли битьё женщин, душевные издевательства над ними, запрет им разговаривать и показывать лицо, возможность продать их, подарить, прогнать, убить и святая вера в то, что они не могут истинно верить в Аллаха, думать, сдерживать эмоции и сохранять верность супругу. Бени-аллаховцы свято верили, подражая конфедератам, великоиранцам и великоазиатам, что женщина не обладает никакими добродетелями, что в ней собрано всё самое греховное: похоть, чревоугодие, хитрость, жадность, чёрствость и многое другое, что, напротив, не свойственно её исправителю, повелителю и воспитателю - мужчине. Они верили в свою избранность и своё право, находясь в Европе, диктовать свои правила: например, избивать женщин за неношение хиджаба или за слишком открытую одежду.
Главой Ирана - ключевого союзника Бени-Аллах - был Фахир Хараймери, лидер, Верховный Муфтий Союза Правоверных (Этехад Моменан). Именно он отдал приказ своим войскам "вспомнить великое прошлое, вспомнить времена Куруша Великого¹" и напасть на Турцию, Египет и Аравию в союзе с войсками Конфедерации в Африке. Когда Тай Ячжоу дойдёт до границ Великого Ирана, они подпишут договор о разделе границ, чтобы в дальнейшем мирно сосуществовать и не бороться ни в Азии, ни в мусульманской Африке, которую Великий Иран решил полностью подчинить себе, ведь Верховный Муфтий планировал вторжение в Европу через Турцию, чтобы подчинить себе некоторые "германские территории", которые с радостью уступит Конфедерация: Италию, Испанию, Францию и Португалию.
***
Валерия и семья аль-Дагестани вошли в школу. Полный седой охранник в очках и серой форме серьёзно сказал:
- Так, синьора Куперо, здравствуйте. Вас я знаю, это кто?
- Это мои, скажем так, практиканты. Будущие учителя, возможно. Да и родственница у них тут работает.
- Не Салима Отунбай-кызы?
- Она самая.
- Заходите. Только, молодой человек, шапку снимите. Таковы правила.
- Хорошо, - спокойно согласился Азамат и исполнил поручение. Карима пригладила ему волосы.
Все трое прошли через сёрчгейт. Ничего подозрительного эти пищащие ворота у гостей не нашли.
- Вот, - говорила мексиканка, - присмотритесь к школе. У вас появятся детки, куда их потом отдавать будете?
Карима смотрела, в что одеты дети и учителя. Действительно, никто особо не отличался от Алин в чёрном бэгшоте и серых свободных штанах, Азамата в чёрной кожаной куртке и синих брюках и самой Каримы тонкой розовой кофте.
- Где Салима работает? - спросила Алин.
- Через кабинет от меня. Я в триста втором, она в триста четвёртом.
Прошли на третий этаж. По коридорам спокойно ходили дети разных возрастов. Каждый шёл на уроки, в разные классы. Возле кабинета с надписью "304" стояла низенькая девушка со слегка одутловатым лицом и пухлыми бледно-розовыми губами. Крупная грудь, розоватость лица с высоким гладким лбом и широкая талия давали понять, кто это. Огромные умные чёрные глаза засветились при виде явившихся.
- Машаллах! Все трое живы! - заулыбалась она и расставила руки.
Троица обняла Салиму и облизала ей всё лицо. Особенно Алин. Когда Азамат и Карима отошли, Алин всё ещё прижимала к себе Салиму, которая была ниже на пол головы, и теребила её за бирюзовый свитер, пытаясь нащупать жирок, который, в общем-то, у Салимы был.
- Соскучилась? - спросила радостная Салима.
- Ага.
- Хочешь, приходи ко мне сегодня вечером? В хостеле живу.
- Лучше ты к нам приходи. Вечером будем в булочной у мистера Тюрро тусить.
- Хорошо, а потом ко мне?
- Ага. И там продолжим веселье.
- Да, эти две - та ещё парочка... - восхищался Азамат.
- С родной сестрой не общается, пусть хоть с двоюродной побесится, - шептала Карима.
- Ну так Равшана и далеко отсюда, в Аргентине. Да и потом, Алин и без неё хорошо. Это мы с тобой вместе везде, а она...
- Что ж, очень жаль... - буркнула Карима.
Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал
вы можете сразу перейти в канал