Ульяна Заречная
«Бабка увела корову»
Бидон прохудился по нижнему шву ещё в августе, и Анисья держала его теперь двумя руками, снизу. Очередь у лавки на выезде стояла с темна.
От реки натянуло туман. Он лежал в низине ровно, и головы у баб плыли поверх него отдельно от телогреек. Керосин привозили раз в месяц, и раз в месяц Кокшары выходили на дорогу затемно. Анисья стояла девятой. Лавочник отмерял ковшом, приговаривая счёт вслух, и каждую посудину сверял с тетрадью: с осени велено было записывать, кому сколько отпущено.
Впереди, у самого крыльца, свекровь Лукерья Саввишна вслух пересчитывала чужие бутыли, и голос у неё доставал до конца очереди.
— На четверых берёшь? — спросила она, не оборачиваясь.
— На сколько нальют.
— На четверых, — сказала Лукерья. — На троих своих и на одного не своего.
Бабы промолчали. Это в деревне слышали пятый год и научились не отвечать.
Аксинья, стоявшая позади, тронула Анисью за рукав.
— Из района вчера был человек, — сказала она тихо. — В сельсовете списки эвакуированных сверяли. Кто откуда прибыл, кто куда выбыл. Анисья, твоего-то нигде нет.…
🎧 Аудиорассказ целиком (19 мин) — ниже. Дочитать текстом — по кнопке. Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал