Пи
Продолжение|Рассказы и истории
Светлана прошла в коридор, взгляд скользнул по мужским ботинкам на полке.
— Значит, уже переехал. Сколько вы вместе? Месяцев пять?
— Четыре. Что случилось? Что-то с детьми?
— Детей у нас не было. Слава богу, наверное.
Светлана повернулась, и Марина увидела в её глазах что-то похожее на сочувствие. От этого стало страшно.
На кухне Марина машинально включила чайник. Руки нужно было занять.
— Я не скандалить пришла, — Светлана положила сумку на колени. — И не возвращать его. Просто подумала — надо предупредить. Мне в своё время никто не сказал.
— Предупредить о чём?
— Вы знаете, где он работает?
— В строительной компании. Менеджер по закупкам.
Светлана усмехнулась — невесело, одними губами.
— Мне он говорил — руководитель проекта. Марина Сергеевна, у него вообще нет работы. Последние полгода точно. Может, где-то подрабатывает, но не там, куда якобы ходит каждое утро.
Чайник щёлкнул.
— Это неправда.
— Я частного детектива нанимала, когда мы ещё женаты были. Думала — любовница. Оказалось, он просто ездит по городу, сидит в кафешках, гуляет. Изображает занятость.
Марина вспомнила: две недели назад Андрей вернулся позже обычного, сказал — задержали на планёрке. А от него пахло кофе. Не растворимым, который на работе, — зерновым.
— И ещё. — Светлана достала телефон. — Вот Оксана, после меня была. Три года. И Катя — два года, между Оксаной и вами.
На экране — переписка из какого-то чата. Марина не стала читать, но цифры врезались: три года, два года, четыре месяца.
— Он не монстр, — Светлана убрала телефон. — Обаятельный, заботливый, руки умелые. Полочку повесит, кран починит. Просто он не умеет жить сам. Ему нужна женщина как база. Как место, куда возвращаться. И желательно — чтобы за аренду не платить.
Марина молчала. Картинки сами всплывали в голове.
Март, слякоть. Она выходила из поликлиники, он помог дотащить до машины тяжёлую сумку с результатами обследования матери. Попросил номер — она дала. В сорок семь лет, после развода с Виталиком, который ушёл к женщине на десять лет моложе.
Андрей был другой. Не хвастал, не самоутверждался. Слушал. Приносил продукты, когда она задерживалась на работе.
Через месяц сказал: сложности с арендой, хозяин продаёт квартиру, на работе задержка зарплаты. Она сама предложила: «Переезжай ко мне. Временно».
— Он вам говорил, почему мы развелись? — спросила Светлана.
— Сказал, что разлюбили друг друга.
— Мы развелись, потому что я устала его кормить. Семь лет, Марина Сергеевна. Семь лет он «искал себя», «ждал подходящего предложения». А я работала главбухом и тянула ипотеку, которую брали на двоих.
Марина вспомнила: Андрей говорил похожее. Про то, что не хочет «вкалывать на дядю», что ищет «своё дело».
После Виталика, который мерил всё квадратными метрами, — это казалось глубиной.
— Почему вы мне это рассказываете?
Светлана встала, одёрнула плащ.
— Потому что мне пятьдесят два. И я только сейчас начала жить — одна, в квартире, которую выплачивала сама. Вам сорок семь? Вы ещё можете себе позволить нормальные отношения. Равные.
Она положила на стол визитку — просто имя и номер.
— Это Оксана. Она два раза давала ему деньги на «стартап». Четыреста тысяч. До сих пор не отдал.
Марина сидела на кухне полчаса после того, как дверь за Светланой закрылась.
Четыреста тысяч.
Неделю назад Андрей завёл разговор. Мягко, между делом: «Друг предлагает войти в бизнес — кофейня в новом жилом комплексе. Небольшие вложения, но место золотое. Если бы ты могла…»
Она сказала — давай позже обсудим. Он не давил. Кивнул, поцеловал в макушку.
Она думала — какой деликатный. А он просто знал: торопить не надо. Сама дозреет.
Телефон завибрировал. Настя: «Мам, ты как? Увидимся в выходные?»
Дочь с самого начала была против Андрея. Не говорила прямо, но Марина чувствовала.
«Мам, он какой-то слишком», — сказала она один раз.
«Слишком — что?»
«Слишком удобный».
Марина тогда обиделась. А может, дочь просто видела то, что она не хотела замечать.