«Мама права, такая нищенка мне не пара» — заявил муж и выставил жену с сыном за порог.
Звук пощечины был громче, чем звон разбитой тарелки. Каша — овсяная, на воде, которую так ненавидел Сергей, — медленно стекала по кухонному шкафчику.
— Ты глухая? Я сказал, соли нет! — Сергей вытер руку о штаны, брезгливо сморщившись. — У тебя вечно то недосол, то пересол. Хозяйка, блин. Одно название.
На стульчике для кормления замер трехлетний Тема. Он не плакал, только вжал голову в плечи и перестал жевать булку. Лена застыла с полотенцем в руках. Щека горела, но внутри было холодно, как в погребе.
В кухню, шаркая тапочками, вошла Галина Павловна. Свекровь всегда появлялась в такие моменты, словно чуяла запах скандала. Она поправила халат и встала за спиной сына, скрестив руки на груди.
— Что, Сереженька, опять не угодила наша «принцесса»? — ее голос был приторно-сладким, но глаза кололи льдом. — Я же говорила тебе. Деревня — она и есть деревня. Породы нет.
Лена молча начала собирать осколки.
— Сергей, я устала, — тихо сказала она, не поднимая глаз. — Я работаю по ночам, чтобы закрывать твои кредиты на машину. Готовлю, убираю. А ты даже спасибо не скажешь.
— Спасибо? — Сергей хохотнул, глядя на мать. — Мам, ты слышала? Ей спасибо надо! За то, что я ее, голодранку, в город вывез.
Он подошел к Лене вплотную. От него пахло потом и дешевым крепким напитком — признак того, что «совещание» опять проходило в гаражах.
— Слушай меня внимательно, — он наклонился к ее уху. — Мама права, такая нищенка мне не пара. Надоело. Видеть твою кислую рожу не могу...ПОЛНОСТЬЮ ЗДЕСЬЕсли у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал