LEONID GRIVKO
Она управляла крупнейшей мануфактурой России и при этом почти исчезла из истории.
Продолжаем рассказывать вам истории великих женщин, о которых несправедливо умалчивает история.
Морозова Варвара Алексеевна держала себя так, что её трудно было заподозрить в чём-то грандиозном. Однотонное английское платье, никаких украшений сверх меры, никакой светской позы.
Между тем в её руках находилась крупнейшая текстильная мануфактура России с шестью тысячами рабочих.
К управлению она пришла после смерти мужа — в 1882 году, в 34 года, с тремя сыновьями на руках и ни одним годом формального образования за плечами. Каждую неделю лично ездила из Москвы в Тверь — проверять, вникать, решать. При ней фабрика выросла до рекордных объёмов, а рабочие получили то, чего не было нигде: восьмичасовой день за 20 лет до принятия закона, каменные общежития с отоплением и вентиляцией, больницу, родильный приют, школу и детские ясли прямо при предприятии.
Прибыль она тратила по собственному принципу — лечить или учить. На её деньги в Москве открылась первая бесплатная публичная библиотека-читальня, появились Пречистенские курсы для рабочих, где лекции читали Сеченов и другие крупнейшие учёные эпохи, был построен первый в России онкологический институт. В особняке на Воздвиженке она открыла литературный салон, куда приходили Блок, Брюсов, Чехов, Владимир Соловьёв. Своё меценатство она не афишировала — просто финансировала.
Варвара Морозова умерла в 1917 году и значительная часть ее состояния должна была пойти на улучшение жизни рабочих Тверской мануфактуры. Сама Варвара в годы советской власти была практически забыта.
Её не было в учебниках, но именно она была тем самым человеком, в котором была «необходимость сеять разумное, доброе, вечное». Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал