Школа Здоровье
— Брось, — махнул рукой Янес. — Невыполнимая это затея. Вон матушка тоже искала, а теперь видишь, что стало? И мы тут все, похоже, вместе с ней пропадём. Не бросишь же.
— А что с матерью твоей случилось?
Янес вздохнул и кивнул на лежащую без сознания Избушку:
— Верея её зовут. Шла через лес, искала этот цветок. Вдруг гроза, молния, огромное дерево рухнуло прямо перед ней. Она с перепугу — бежать. Добежала до этой поляны и... с тех пор сиднем сидит. Ни шагу вперёд. Молонья искала её по лесам, нашла, да так и перетащила нас всех сюда. Одной-то не справиться.
— А зачем она в Кощеево царство забрела? Заболела?
— Ну да. Хотела ключи от Библиотеки Леса найти, да вот нашла... — Янес горько усмехнулся. — Теперь мы тут с ней.
— Но объяснила она хоть, почему дальше не пошла? Ну, упало дерево и упало — её же не задело.
— Говорит: а вдруг ещё раз упадёт? Спалит меня дотла — и поминай как звали. Вот и стоит, чтоб ничего не случилось.
— Так она себя сама заживо тут спалила, — задумчиво произнёс Путник. — Если б пошла дальше — может, и нашла бы цветок. Шанс всё же был. А так — точно, как мёртвая.
— Ты говори, да не заговаривайся! — вспыхнул Янес. — Чего это она мёртвая? Живая вон, сейчас Яга придёт, снадобья даст — очухается.
— А вам не жалко, что из-за её страха вы всю родню в этом лесу схоронили? Никуда не ходите, ничего не делаете, тайну Леса так и не узнали. Разве вам не интересно, что там, за лесом?
— Так мы же никчёмные все, — с вызовом ответил Янес, но отвёл глаза в сторону, голос стал громче, будто он сам себя убеждал. — Сам слышал, что мать говорит: ничего не умеем, ничего не стоим. У нас всё равно бы не получилось.
— Так ведь это она про себя говорит! — воскликнул Путник. — Это она на себя гневается, что не может страх свой победить! А вы просто под руку попадаетесь!
— Ну ты тут сильно не умничай, — нахмурился Янес, но в его тоне уже не было прежней уверенности. — Нам и тут хорошо, если что. А сам-то ты свой страх победил? Как мать заорала на тебя — так ты и замер. Что ж ты не пошёл дальше? Она ж не набрасывалась, не догоняла, просто кричала — а ты прилип к месту.
Путнику стало стыдно. Янес был прав. Он вздумал учить других, а сам даже не заметил, как его Избушка оцепенела от страха перед этим криком.
— Вот получается... и я не совладал, — тихо сказал Путник. — Не найти мне цветка...
Он попрощался с Янесом и побрёл прочь. Однако поляну всё же перешёл — теперь его Избушка стояла по другую сторону, у самого леса. Хотел было сразу приняться за размышления, но вспомнил наказ Богатырей: пока Избушка движется, надо быть с ней, внимать её шагам, а думать — вечером, на привале. Он постановил себе: размышления — только на закате.
И уже когда солнце коснулось верхушек деревьев, и Путник с Избушкой остановились на ночлег, он вдруг оглянулся на поляну, оставшуюся позади. В том месте, где рухнула Верея, что-то тускло блеснуло — будто крошечный огонёк. Путник вгляделся — блеск исчез.
«Не время», — шепнула внутренняя ясность. — «Ты ещё не готов».
Путник вздохнул, но в груди затеплилась надежда. Он понял главное: страх — не приговор. Его можно осознать. А значит — можно и преодолеть. Как — он ещё не знал, но верил: утро вечера мудренее.
Мудрость главы:
Страх — это не стена, а сторож. Он кричит не для того, чтобы остановить, а для того, чтобы предупредить. Но если слушаться его безоглядно — можно простоять всю жизнь на одной поляне, так и не узнав, что там, за лесом. Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал