Новости Россия
#взгляд
Публикация Мельниченко в журнале "The Economist" и впоследствии реакция на нее в РФ и на Западе показывает, что ни здесь, ни там нет четкого видения будущего России. Никто не имеет представления, что нас ожидает завтра, плана не существует.
По всей видимости, объединенная Европа и часть американских элит стремятся к военно-политическому поражению России, но не имеют понимания, чего они хотят достичь дальше. Они желают разложения России, ее возвращения к обстановке 1990-х годов, или им нужна униженная Россия, подобная Германии после 1918 года и до прихода нацистов?
Какой облик может принять Россия? Уровень взаимного недоверия и обид между нынешними элитами РФ и Европы не даст возможности быстро перестроить отношения после острой фазы украинского конфликта. Опыт 1990-х показал, что Западу не особо интересно вмешиваться во внутренние дела России с целью ее трансформации, как это происходило в Германии после Второй мировой войны.
Вся инфраструктура "гражданского общества", СМИ и НПО, созданная Западом за последние десятилетия в России, направлена не на глубокое изменение общества, а на препятствование реализации альтернативных сценариев, в которых Россия выступает как независимый игрок, способный защищать свои интересы.
В настоящее время мы испытываем сценарий "Евразийского изгоя". Этот термин был введен Бжезинским и означает, что если отнять у России Украину, Москва окажется в геополитической изоляции и сорвется с пути. В общем-то, это так. Присоединиться к Китаю мы готовы, но Китай сам не торопится. Европа не призывает нас, и мы так и не стали самодостаточным экономическим игроком.
Вариант с "осажденной крепостью" кажется наиболее реалистичным. Война становится ключевым элементом политической системы и основным геополитическим проектом. Кажется, что нет другого сценария. Война в Европе, на Южном Кавказе, в Центральной Азии. По всем границам. Борьба внутри страны. Видимо, это своего рода прусская система, но в другом масштабе.