#МоиАрхивы Как я на вертолете к Мосулу ИГИЛ бомбить летал Крохотный «салон» на шесть человек и турели для пулеметов в каждом окне. Половина надписей на приборах и лючках - по-английски, половина — по-русски. Это немного согревает. Есть в салоне и непонятные блоки, новенькие на вид, недавно установленные. Судя по шильдам – сделанные в России буквально год назад. Лишнее доказательство верной экспортной концепции нашего ВПК – к чему с ноля разрабатывать новую машину, объявлять за нее сумасшедшую цену, учить пилотов... Если можно просто глубоко модернизировать обкатанный и привычный аппарат? Наш Ми-35 как раз прошел такую переработку, получив новые системы навигации и наведения, локаторы, средства борьбы с ПВО, а все остальное в нем и так было прекрасно. «Это лучший вертолет на свете», - уверяет нас штурман перед вылетом. Слева от нас, чуть ниже, летит крохотный вертолет «Белл». Он, по информации с земли, координирует действия Ми-35. Если что случится, мы будем спасать друг-друга. Серо-желтая земля проплывает внизу, как во сне. Первые минуты ждем строчки трассеров с земли, дыр, появляющихся в фюзеляже, звона и хруста, с которым металл разрывает металл. «Зу-23», зенитная 23-миллиметровая установка, на Ближнем Востоке в рейтинге популярности сразу после «Калашникова». Она стоит в кузове каждого второго японского пикапа. А есть еще не менее популярные пулеметы ДШК. Но оазисы и поселки внизу пусты или разрушены. В каждом втором дворе валяется на боку или стоит без тягача цистерна от бензина стандартного размера — 32 000 литров. В береговых изгибах рек выступает сера – когда-то здесь можно было черпать нефть прямо из ям, а в каждом втором селе гонят из нефти «самогон» и продают возле шоссе. Полупустыня плотно усеяна бесхозными позициями и капонирами. Внизу мелькает отличное асфальтовое четырехрядное шоссе, идущее на Мосул. Вот только через каждые 200 метров, его пересекает ров, уходящий за горизонт. Сверху это напоминает частую гребенку, и объехать это оригинальное инженерное заграждение нет никакой возможности. Ближе к Мосулу местность окончательно превращается в пустыню, по которой страшно пыля, от нас удирают какие-то машины без видимого вооружения. Ни в «Белле», ни в Ми-35 их не сочли достойными целями. Сопроводив их параллельными курсами, и нагнав на игиловцев ужаса, мы, взглянув с километровой высоты на окраины столицы ИГИЛ, закладываем вираж и ложимся на обратный курс. Задачи вступать в бой у Ми-35 не было. Вертолеты лишь разведывали нейтральную зону в 10 километров между «Исламским государством» и иракской армией. - Сегодня мы прочесали довольно приличный участок, но, к сожалению, не обнаружили ни одной цели, - подходит к нам после приземления майор Хальдун Али. - На земле разведка также не дала никаких результатов. С майором Али мы беседовали по-английски, когда мимо проходящие летчики вдруг отчетливо поздоровались с нами по-русски. Капитан Хейдар и майор Адам учились в России, в Торжке. И сейчас летают на ударном вертолете Ми-28. - Это лучшее, что есть сейчас в Ираке, - хлопает майор машину по хвосту. - Отличные огневые системы, компьютер, камера. Летаем вдвоем — летчик и штурман. - Долго учились им управлять? - Обучение вообще рассчитано на два года, но из-за того, что в Ираке идет война, для нас сделали программу на один год. В 2014 году мы прошли обучение и сразу сюда, на войну. Спасибо России. Ирак. Ноябрь 2016 @kots