Психолог с юмором
У меня было два родственника, никак между собой не связанных, но с похожей жизненной ситуацией.
Один, назовем его для прикрытия дядей Жорой, переехал уже в преклонном возрасте в другую страну - поправлять здоровье и наслаждаться остатком жизни. Возвращаясь в летние месяцы на родину повидать детей, он щелкал пальцами и прищуривался:
-Как это будет по-русски?
Как будто за пару лет сходу забыл язык, на котором ему пела колыбельные мама и на котором он читал прибаутки своим внукам.
Смотрел по сторонам с брезгливостью и постоянно вставлял:
-А вот у нас…
Ну вы поняли, трава зеленее, солнце ярче, жизнь лучше. Походя ругал власть, страну, коммунальные службы и местную кухню.
Я жутко не любила встречаться с дядей Жорой и, когда родители собирались к нему, старалась слиться с мебелью, чтоб меня не заметили и оставили дома.
А еще был в моей жизни другой дядя - дядя … ну, Пафнутий, например. Они с женой иммигрировали ровно туда же ровно по тем же причинам: в России в столь преклонном возрасте оперировать и дальше лечить его отказывались, а там можно было продлить себе жизнь еще лет на десять. Родственники горячо поддержали их решение перебраться поближе к морю и обещали навещать как можно чаще.
Так вот дядя Пафнутий радостно слал в семейные чатики фотографии больничной палаты вперемешку с фотографиями набережных, на которые его отпускали гулять между процедурами, удивлялся проворности социальных служб, которые приходили к ним домой убираться и приносить продукты, а в конце постоянно добавлял:
-Вот бы и нам так. Дома.
В отпусках гладил березки, пока никто не видит, и долго рассказывал, как они в военные годы с братом лазали за забор старой школы собирать крапивУ, чтобы варить суп. С ударением на последний слог обязательно. У дяди Пафнутия получалось любить и уважать оба места разом: и то, где он родился, рос, учился, работал, где встречал рассветы и закаты, где влюбился, женился и вырастил детей, где плакал, узнав о рождении первой внучки, и то, второе, где было много нового и удивительного и где они с женой сидели в шезлонге на балконе небольшой квартирки и смотрели вперед и немножко налево - там за крышами было не видно, но плескалось море.
После отъезда я видела дядю Пафнутия нечасто, раза два, наверное. Он всегда был строг, местами резок, не словоохотлив, с детьми не сюсюкал и спуску им не давал, но к нему я приезжать всё равно любила.
Ни дяди Жоры, ни дяди Пафнутия давно уже нет в живых. Это очень старые истории. А вспомнила я их знаете почему? Потому что мы ездили в отпуск по разным городам: сначала в Беларусь, потом в Смоленск на пару дней, Ржев и Тверь захватили по касательной - буквально на часок. Я выкладывала сторис, и люди мне писали пачками:
-Ой, вы в моем родном городе!
-Я давно оттуда уехала.
-Но мне так радостно, что вы его увидите!
-Он прекрасен!
-Зайдите в такой-то музей/ пообедайте вот в этом кафе/ обязательно прогуляйтесь по набережной вечером…
Куда перебрались эти люди? Почему? Скорее всего в большие города и за лучшими возможностями, но это не мешает им любить свой край.
Есть такая поговорка: всяк кулик свое болото хвалит. Пренебрежительная как-будто, а я ее кручу в голове, кручу, и кажется мне, что на самом деле это очень хороший кулик. Правильный. И немножко Пафнутий.
#старые_истории Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал