Мамафилолог. Обзоры книг, фильмов, сериалов, настольных игр.
Мой прадед Арон в первые дни войны ушел на фронт. Ему было 36 лет, должность — политрук
Но я считаю, что сложнее было женщинам. Они должны были принимать самые важные решения за всю семью. При том, что возможности посоветоваться с мужьями не было.
Так вот. Немецкие войска зашли в Витебск (Белорусская ССР) в июле 1941 года. У моей семьи там был добротный дом с няней и помощницей по хозяйству. Никто свое имущество, конечно, не хотел бросать.
Но моя прабабушка Стера приняла решение уезжать. Она была заведующей детского сада. Своих родственников она не смогла уговорить, но большая часть семей из садика ее послушала. Тогда последствий никто не знал, но вся родня погибла в еврейском гетто. У меня есть официальные справки из Израильского музея Яд-Вашем.
А Стера с детьми на последнем эшелоне уехала, вообще не зная куда.
Моей бабушке Зине было 6 лет, и она все отчетливо помнила. Как бомбили, и всем говорили на это время выйти из поезда. Как мама их с братом Давидом в поле закрывала собой. Как потерялась их старенькая бабушка, а подросток Давид убежал ее искать и не успел на поезд. Как все нашлись во время другой бомбежки.
Привезли их в неведомую Кунгуру (Кунгур — сейчас город в Пермском крае, теперь у нас там рядом дача). Они жили на подселении в чужом доме. Бабушка там пошла в первый класс, и учитель 1 сентября просила встать тех, кто евреи. Зачем?
Давид сразу пошел на завод — работать на оборонную промышленность. Ему было 13 лет.
Но эта семья была самой везучей.
Прадедушку Арона ранило осколками в ногу. И его повезли в Пермь на операцию. В поезде он случайно узнал, что его родные живы-здоровы и находятся как раз рядом.
Ему собирались ампутировать ногу, но он кричал: ни за что! Тогда-то он снова встретил свою жену Стеру. Она умоляла, что и без ноги будет его любить, лишь бы выжил. Но упрямству дедушки не было равных. Ногу оставили на его страх и риск. Выжил. И я очень хорошо помню его в сшитых на заказ ботинках с разной высотой подошвы.
Бабушка Стера мечтала вернуться домой. Арон съездил в Витебск и все увидел. В их красивом доме жили уже другие люди, на его должности тоже был другой человек. После войны в Беларуси чувствовался антисемитизм, никто их не ждал…
Ну, может, и ладно? Если бы так не произошло, не было бы сейчас ни меня, ни уже моего Арона с Анфисой ❤️🔥
А бабушка Стера стала заведующей детского сада уже в Перми. Дедушка Арон работал на руководящих должностях до пенсии. Потом до 95 лет следил за новостями и, убежденный коммунист, по хорошему курсу покупал доллары. Даже нам одалживал на первую поездку на Кипр.
А еще оставил мемуары, о которых никому не рассказывал.
Дедушка, спасибо за семью и пример! Ты сомневался, но мы всегда будем тебя помнить и любить. Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал