Ольга Савельева Попутчица
Перед сном она связывала куклам руки и ноги, абсолютно характерным способом.
Показывала приемной маме: можно вот так, спереди. А можно вот так, сзади. Потом она гасила свет и выходила из комнаты. Не оборачиваясь.
Приемная мама не задавала вопросов.
А какие тут вопросы? Что непонятного? Ясно же, что пятилетний ребенок просто повторяет то, что видел...
Приемная мама в кадре рассказала, как забрала пятилетнюю особенную девочку из детдома.
- Я думала, что если и смогу забрать ребенка, то здорового. Я всегда восхищалась теми, кто мог взять ребенка с особенностями здоровья, но была уверена, что это не я. А оказалось: это я.
- А как так оказалось?
- Ну, она запала в душу. Вот увидела я её и... думаю об этом ребенке, думаю. А дальше ты можешь его взять или не взять. И с любым из этих решений тебе жить. Я же могла испугаться сложностей с грядущей реабилитацией (а эта девочка в пять лет даже не ходила - ползала, потому что первые четыре года ее жизни она большую часть дня просто лежала, иногда связанная), и с психологической адаптацией и оставить её там, где я её увидела. Но если оставить, она тоже будет тебе сниться. Ты же могла помочь. Но не помогла. И с любым из этих решений тебе жить...
- И как прошла адаптация?
- Ой, прекрасно. Я её домой привезла, а она ползает. В пять лет. Старшие посмотрели на это всё и... тоже легли на ковер. Ну что ж, говорят, значит, сначала будем ползать...
Это моя подруга Настя Денисова в составе проекта Кирилла Косолапова «Другие люди?» создали документальный фильм-исследование "ДЕТИ НАШИ". Он недавно вышел на KION.
Настя у меня в телефоне записана как "Настя Режиссёр". Потому что она режиссер. Но творчество - это очень ненадежный и нерегулярный заработок, поэтому Настя работает и операционным директором в большой компании и моделью (ну, она очень красивая ещё, так совпало). Как это всё в ней сочетается, не спрашивайте, я не знаю, но очень ее люблю. И когда Настя ссылку дала на ее фильм, я, конечно, сразу стала смотреть.
Я смогла осилить фильм в три захода.
Нет, он не длинный, просто... для меня тяжёлый.
Очень быстро взрослеешь об эти кадры. Они же документальные. Реальная жизнь.
Там на экране дети. Подростки. С искалеченными судьбами. Они дают интервью, рассказывают о своей жизни. Батя пил... Мама била... Или ещё что-то страшнее. "Потом я попал в интернат".
Интернат - это не "дом, милый дом".
Даже если очень постараться, чтобы всё было хорошо, приветливо и дружно, это утопия. Ведь в интернате по факту живут брошенные взрослыми, раненые, преданные дети. У них нет опыта нормальной семьи: их никто не любил, они не знают, у кого подглядеть, как это. Откуда у них взяться эмпатии, взаимопониманию и всему тому, чему учат в семье.
Там неизбежно они проходят школу выживания, дедовщину, и дети не рассказывают о ней, опускают глаза. Не безопасно это. Съемки закончатся, а жизнь продолжится.
Когда они вырастут и выйдут из детдома, им государство даст подъёмные деньги. Это хорошо, это спасибо. Но их на выходе уже подкарауливают более опытные и прошаренные... товарищи, чтобы отобрать эти деньги. Дедовщина продолжится и во взрослой жизни. Там своя мафия. Знает ли об этом государство?...
Почти никто из этих детей после интерната не готов к обычной жизни.
Они выходят в большой мир, находясь в лютом дефиците любви, одинокие и напуганные. И тут, в большом мире, они срочно вступят в отношения , экстренно заткнув потребность в тепле, в заботе и в любви, и скорее всего родят детей (потому что про ответственность в этом вопросе они тоже не в курсе), и эти новорожденные дети тоже попадут в детдома, ибо их совсем ещё молодые родители не знают, что с ними делать. Зачастую они не знают, что с собой-то делать, как прокормить, как трудоустроить, как стабилизировать жизнь. И они медленно катятся в деструктивное поведение, статистика в этом плане неумолима. Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал