Дамское чаепитие
@public219218239
— Послушайте, — тихо и жёстко произнёс он, — у вас совесть есть? Это же ребёнок!
— Не лезьте не в своё дело!
— Я опираюсь на факты! — Максим поднял перед ней папку с бумагами. — И в опеку сообщу, будьте уверены. Но пока вы будете водить их за нос, изображая мать-героиню, мы упустим время. Зачем вы вообще её взяли к себе?
— Да не брала я её по своей воле! — сорвалась Надя, лицо пошло красными пятнами. — Она мне на шею свалилась, я её не заказывала!
— Говорите. Раз начали — договаривайте. Кем вы ей приходитесь? Где родители? Откуда эта злость?
— Нет у неё никого, — буркнула Надя, слегка сбавив обороты. — Моя сестра была её матерью. Нагуляла от какого-то студента, ему ни слова не сказала, родила сама. А пять лет назад погибла — автобус попал в аварию. Девчонку куда? Мать наша отказалась, говорит, стара уже. Ну вот я и забрала Соню. Думала, хоть пособия будут — всё какая-то копейка. А пособия эти... смех один. На них не проживёшь, да ещё и её тянуть.
— То есть вы рассчитывали не работать?
Надя вскинула голову и посмотрела на Максима без тени смущения:
— А что? Я на себя чужую обузу взяла! Разве это не заслуживает нормальной компенсации? Живёт у меня, ест мой хлеб, нервы мотает — и я ещё должна на двух работах убиваться? Ради кого? Ради чужого ребёнка?
— Понятно. Всё упирается в то, что пособий не хватает на жизнь без работы.
— Не только! Я наконец мужчину нормального встретила! Съехались, живём. А эта малолетняя так и пялится на моего Костю! Только и думает, как бы охмурить!
Максим смотрел на неё, как на человека, потерявшего связь с реальностью:
— Надя... вы отдаёте себе отчёт? Соне сколько лет?
— Девять, — нехотя бросила она.
— Вы слышите себя? Вы, взрослая женщина, ревнуете к девятилетнему ребёнку? Всерьёз считаете, что она хочет увести вашего мужчину?
— Он мне не просто мужчина! Он — единственный! Я его годами ждала! И не позволю никому это разрушить!
— Я рад за вас, но речь сейчас не об этом...
— Нет, именно об этом! Я ему своих рожу! И пусть кто-нибудь попробует помешать. Я за своё счастье зубами держаться буду. Вам это слово вообще знакомо — счастье?
— Неважно. Мне нужно понять одно: чем конкретно мешает вам Соня?
— Да она только и ищет, как Костю у меня отбить!
— Опомнитесь! Ей девять лет!
— Вы ничего не понимаете! Она вся в мать. Та тоже так начинала — вот и принесла в подоле.
— Достаточно! — Максим повысил голос. — Слушать это невозможно. Значит так: всю предоперационную подготовку проведёте здесь. Операцию я оплачу из своих денег. Направления оформлю сейчас... хотя нет — вы и не придёте. Завтра в семь утра я сам приеду и заберу девочку. Потом верну. Все документы будут у меня. А теперь уходите. И если завтра я увижу на ребёнке хоть царапину — вы об этом пожалеете. Это не угроза. Это обещание.
Надя вылетела из кабинета и грубо рванула Соню за руку.
— Топай домой! Твой благодетель завтра явится! Шевелись!
Соня молча прибавила шагу. Жизнь давно научила её: когда тётка закипает — лучше не дышать и не попадаться на глаза. А закипала она почти всегда.
— Свалилась на мою голову, наказание, — бубнила Надя, не выпуская её руку. — Ни пользы, одни расходы. Раз уж так приглянулась этому доктору-умнику, пусть бы и забрал к себе. Мне ты даром не нужна.
Соня слушала молча, с каменным лицом. Когда-то такие слова выбивали слёзы. Теперь — просто скользили мимо. Панцирь рос вместе с ней.
— Завтра встанешь сама! — не унималась Надя. — Я из-за тебя ни свет ни заря подниматься не собираюсь! Заводи будильник. Проспишь — сама виновата. И дверь этому твоему спасителю я открывать не пойду. Подумал, испугал меня опекой! Я сама на него напишу куда надо. По судам затаскаю...
С этим монологом она и ввалилась в квартиру.
— В постель! Иначе утром не встанешь!
— Я есть хочу, — тихо сказала Соня.
— Перебьёшься. Перед врачами не едят. Иди спать, глаза б мои тебя не видели!
Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал
вы можете сразу перейти в канал