Иришкины рассказы
Глава 25. Запретная любовь
Максим Дубовицкий совершенно случайно столкнулся в дверях продуктового магазина, с Шумовым Сергеем Петровичем, отцом Леры.
Парень удивлённо осматривал мужчину, отмечая, как он осунулся и постарел.
— Здравствуйте, Сергей Петрович! — громко поздоровался Макс.
Он хоть и спешил, боясь надолго оставлять мать одну, но не мог не уделить время Шумову. Видно было, что мужику крепко досталось.
— Здравствуй, Максим — Сергей Петрович остановился — ты вернулся? Вы с Алёной вроде переехали куда-то.
— Да ... — Макс неопределённо махнул рукой — отец у меня умер. Мать позвонила, попросила приехать.
— Да? Так вот значит как ... Эх, а моя-то, Танюшка тоже того — Сергей Петрович показал глазами наверх.
— В смысле того? — переспросил Макс.
— Уерла. Тосковала всё и тосковала по Лерочке, вот сердце и не выдержало.
Максим слегка пошатнулся от неожиданности. Ему стало так нестерпимо жаль Сергея Петровича, что он тут же предложил ему:
— А пойдёмте к нам! Отца моего помянем, да и мама не будет против. Мне, кажется, вам есть что обсудить.
Сергей Петрович пожал плечами и побрёл вслед за Максом. Он чувствовал себя таким одиноким и обездоленным, потеряв ещё и жену, что ему уже было всё равно куда идти, к кому. Лишь бы не оставаться совсем одному.
***
Дина Вяземская наконец-то дозвонилась до Артёма и огорошила его новостью.
— Николаша мой умер. Представляешь? — она всхлипнула, ожидая поддержки от парня.
Артём сжал челюсти, чтоб не заматериться от досады. Всё пошло не по плану! Всё.
— Как, умер? — процедил он. Ведь Вяземский был относительно здоров, что же так его подкосило? А может, кто? — ты, случайно, не постаралась? — грубо спросил он у Дины.
— Ты что, Артём! Как ты только мог подумать о таком! Я сказала ему всего лишь про развод и всё! Но и намёка не было, что Николаша как-то болезненно воспринял моё решение, он же посмеялся надо мной и выгнал ...
— Унизил, значит — хмыкнул Артём, не веря ни единому слову Дины.
— Да! И что? Ты решил, что я причастна к смерти моего мужа?
— Да кто вас баб поймёт. Обиделась и траванула. Долго что ли.
— Прекрати, дорогой! Не надо разговаривать со мной в таком тоне и обижать!
— Ты мне одно скажи, Дина. Твой Николаша, завещание, надеюсь оставил? Я так думаю, что единственный наследник — это ты?
Артём напряжённо ждал ответ от которого зависели дальнейшие его действия.
— Нет — упавшим голосом ответила Дина — там и оставлять, как оказалось было нечего. Николаша всё проиграл ... Представляешь, всё! Меня выгнали из дома и теперь мне негде жить ... Как он мог? — Дина рыдала в трубку, вызывая в Артёме чувство брезгливости и праведного гнева.
— Не ори. Ладно, сочувствую тебе — спокойно произнёс Артём.
— И всё? — Дина перестала плакать и шмыгала носом, действуя на нервы — ты меня больше не любишь? Без денег я не нужна тебе?
— Нет, конечно глупенькая старая кляча — у Артёма на подходе был истерический хохот от всей этой нелепицы. Он так рисковал! А теперь, какой смысл? — не звони мне больше. Ни-ког-да. —Артём вытащил сим-карту и выбросил её.
— Что? Поехали к твоей мамаше, сынок — он потрепал мальчика по вьющимся волосам и развернул машину обратно на Саратов.
Вариантов не осталось никаких, как вернуть мальчишку Лесе и развестись с ней. Теперь этот брак ему без надобности. На примете уже маячила интересная кандидатура, которую надо не упустить.
***
Шмидт вернулся из командировки в пустой дом. Диана сообщила ему, что будет в клинике и он хотел воспользоваться моментом и решить свои проблемы с Павловой.
Но, как ни странно, её телефон был недоступен. В квартире тоже была тишина и никто не открывал.
— Ой! Лев Маркович приехал! — обрадовалась Алиса, когда он вошёл в офис и бросил взгляд на пустующий стол Кати.
— Павлова, где? — вместо приветствия спросил он.
— Лев Маркович, я отвёз её вчера в больницу! — к Шмидту спешил Димка — у неё что-то там по-женски заболело и её положили. Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал