Иришкины рассказы
Глава 26. Запретная любовь
Диана с чувством особого превосходства смотрела на своего мужа.
Она прекрасно видела, что он был чем-то весьма взволнован. То и дело промокал носовым платком взмокший от проступившей испарины лоб.
Глаза его бегали по сторонам, и сам он то приседал рядом, то вскакивал и прохаживался по больничному коридору, развивая полами белоснежного халата.
— Лёвушка, мне кажется или ты чем-то встревожен? — голос Дианы прозвучал с явной насмешкой. Но Шмидт не обратил на это ни малейшего внимания.
— Нет, нет. Дорогая, всё нормально. Просто переживал, как ты тут — он растерянно развёл руками — прости, надо было хоть сок тебе купить или фрукты.
— Ну, наверное, ты спешил — Диана растянула тонкие губы в ироничной усмешке — спешил к любимой жене.
— Конечно, конечно. Дианочка, ты одна в палате? Всё хорошо? Удобно ли разместилась? — сыпал вопросами Лев Маркович, не зная, как выяснить у жены, видела она Павлову или нет.
Диане надоело играть в эту игру, и она жёстко сказала, как отрезала:
— Лежит твоя пташка. В одну палату нам с ней угораздило попасть — видя, как муж весь покрылся красными пятнами, добавила — ты бы, Лёвушка, поразборчивее был в половых связях. А то так и подхватить ненароком чего можно.
Диана ушла, оставив своего супруга недоумевать по поводу сказанного. Она знала, что Павлова беременна. И, скорее всего, от её законного супруга.
Но сообщать об этом мужу - было сверх её сил и терпения. Она собиралась использовать положение этой девицы в свою пользу. Шмидту об этом знать не обязательно.
***
— Ты ли это? — Алёна Дубовицкая даже приподнялась на локтях, чтобы лучше рассмотреть свою соседку по палате.
— Мы с вами разве знакомы? — Лера старалась не выдать волнения в голосе.
Она сейчас, как никогда, чувствовала, что на грани грандиозного провала в своей жизни.
Так тщательно заметать следы и скрываться, чтоб впоследствии так банально спалиться. И перед кем! Перед бывшей подругой.
— Ещё как знакомы — хмыкнула Алёна, теперь ещё больше уверенная в своей догадке, что перед ней никто иная, как Шумова Валерия, которую все считали погибшей, вот уж сколько лет.
— Извините, что-то не припомню — резко ответила девушка и отвернулась от Алёны, перевернувшись на другой бок.
«Может, и к лучшему? Господи, я так устала уже скрываться! Я хочу жить как все и быть самой собой. Под своим настоящим именем. Увидеть маму и папу!..»
Лера беззвучно плакала.
— Для чего ты скрываешься? Не могу понять — задумчиво произнесла Алёна — твоя мать так хвалилась тобой. Мол, в Москву уехала. Журналисткой известной собиралась стать. Весь городок наш знал про твои успехи. Письма от тебя задушевные всем подъездом перечитывали — Алёна громко рассмеялась — а потом выяснилось, уже правда, после твоих якобы похорон, что и не училась ты нигде!
Лера молчала. Она вернулась мысленно в те ужасные дни, когда вся жизнь пронеслась перед глазами и остановилась, превратившись в прошлое в тот момент, когда она взяла чужие документы.
— Что молчишь-то, а? Лерка, ведь это же ты! Отвечай! Макс какой год всё тоскует по тебе. Ты даже мёртвая нам покоя не даёшь! — Алёна чуть ли не кричала на всю палату, как дверь распахнулась и вошла Диана Шмидт.
Она раздражённо посмотрела на девушек и прошла к своей кровати.
— Идиотский день — бормотала она, бросив взгляд на Павлову. Та была бледной, как простыня — ведь так хорошо всё начиналось.
«Действительно, так хорошо ...» — подумала Лера и попыталась встать с кровати, почувствовав, как сильно прижало сходить в туалет.
Но голова внезапно закружилась и девушка, как в замедленной съёмке, опустилась на пол.
— Эй, ты чего! — вскрикнула Диана и бросилась к Лере.
Заметив кровь на её сорочке, она истошно закричала, боясь что её планы рухнули, как карточный домик.
— Что здесь у вас за крики? — медсестра Леночка просунула в дверь недовольное лицо и охнула, увидев Павлову на полу.
Она убежала за врачом. А Диана сидела, схватившись за голову и раскачивалась из стороны в сторону. Если у вас установлено приложение,
вы можете сразу перейти в канал