Татьяна Даценко полвека проработала токарем на сернокислотном производстве, в ноябре решила уйти на пенсию и в интервью рассказала о рисках у станков, молодёжи на заводах и зарплатах.   Она работала на участке сернокислотного производства, обслуживала токарные станки и изготавливала детали для насосов, трубопроводов, теплообменников.    «Если я ошибусь, насос не соберут, линию не запустят. Поэтому контроль был постоянный: измерения, проверка, перепроверка», — вспоминает Татьяна Даценко.   Она уточнила, что сернокислотное производство работает круглосуточно, без остановок. И поломка могла произойти в любой момент, в том числе ночью.   «Мой старший брат был токарем, и я ещё ребёнком наблюдала за его работой. Тогда в монотонном движении станка я увидела красоту созидания», — делится Даценко.   По её словам, в ремонтно-механическом цехе работали сменами, токарей было много, чтобы при поломке быстро устранить проблему на месте. Постепенно люди начали уходить. Сейчас на заводе осталось буквально несколько токарей, и все возрастные – за пятьдесят, за шестьдесят.   По словам Татьяны Даценко, зарплата зависит от разряда и от станка: «Большой станок – это детали по 80–90 килограммов, всё поднимается балкой. Если у человека пятый или шестой разряд, он работает в ремонтно-механическом цехе, заступает в выходные, остаётся после смены, участвует в аварийных работах, зарплата может доходить до 70–90 тысяч. В среднем токарь шестого разряда получает примерно 50 тысяч рублей и выше. У меня же был небольшой станок и четвёртый разряд». Полное интервью можно прочитать на сайте «Крымской газеты»: https://gazetacrimea.ru/news/stalnoy-sterzhen/